Крымские берега Иннокентия Анненского

Крымские берега Иннокентия Анненского

Бледнеет даль. Уж вот он — день разлуки,

Я звал его, а сердцу всё грустней…

Что видел здесь я, кроме зла и муки,

Но всё простил я тихости теней.

И.Анненский.

В рубрике «Клуб краеведов» мы не раз рассказывали об именитых пациентах нашего курорта. О пребывании в Саках известного русского поэта, драматурга, переводчика, педагога Иннокентия Фёдоровича Анненского уже писали краеведы Л.Юдина, А.Мешков, но вновь и вновь хочется прикоснуться к его творчеству, насладиться поэзией, словно испить чистой родниковой воды. Обычно об известных людях, оставивших свой след в искусстве, науке или других сферах жизни, принято писать к юбилейным датам, то ли ко дню рождения, то ли ко дню памяти. Однако мысль о том, что в 1904г. в Саках на лечении находился этот замечательный поэт, пробуждает желание узнать как можно больше о нём и крымских страницах его творчества, которые своим рождением обязаны Сакскому курорту.

 

ПОТОМОК ПУШКИНА

Факты биографии Иннокентия Анненского не предвещали ничего особенного, они как бы являются лишь намёками на что-то более значительное. Родился он в 1855г. (в некоторых статьях датой рождения Анненского называется 1856г.) в Омске, где его отец служил начальником отделения Главного управления Западной Сибирью. Мать Иннокентия, по утверждению его современников, состояла в родстве с самим А.Пушкиным, так как была из рода Ганнибал. Через пять лет семья переселилась в столицу. Из-за болезни юноше пришлось учиться в нескольких гимназиях. В 1875г. ему удалось сдать экстерном экзамены за полный гимназический курс и поступить на отделение словесности историко-филологического факультета Петербургского университета, где он специализировался по античной литературе и овладевал четырнадцатью языками. В 1879г. Анненский успешно оканчивает университет со званием кандидата. Будучи студентом, подрабатывал частными уроками и в 1877г. страстно влюбляется во вдову, мать своих двух учеников, Надежду Валентиновну Хмара-Барщевскую, которая была старше его на 14 лет. По окончании университета он женится на ней, и в 1880г. у них рождается сын Валентин.

Жизнь Анненского отныне связана с педагогическим трудом. Он преподаёт латынь и греческий в петербургских гимназиях, читает лекции по теории словесности на Высших женских (Бестужевских) курсах. Стремясь обеспечить семью, молодой преподаватель ведёт в гимназии до 56 уроков в неделю, что даже здоровому человеку не под силу. В дальнейшем он будет служить директором сначала киевской гимназической Коллегии, затем 8-й петербургской гимназии, а с 1896 по 1906г. – Николаевской гимназии в Царском селе. Иннокентий Фёдорович имел чин действительного статского советника, что соответствовало генеральскому званию. Он публикует статьи по педагогическим проблемам, в которых ратует за «гуманное образование», подчёркивает важную роль родной речи в воспитании. Занимается переводами на русский язык трагедий Еврипида. Пишет собственные драматические произведения по истории античности, выступает в печати с научными статьями о поэзии. Занимается Анненский и поэтическими переводами французских классиков: Бодлера, Малларме, Рембо, Верлена. В 1899г., в годовщину 100-летия со дня рождения великого русского поэта, Иннокентий Анненский был удостоен золотой Пушкинской медали, присуждённой ему Императорской академией наук.

Поэтическое наследие самого Анненского невелико. В 1904г. выходит в свет его первый и единственный прижизненный сборник стихов «Тихие песни». Невзрачно изданная, со скромным названием и под псевдонимом «Ник-.Т-о» книга осталась почти незамеченной.

«В КОНЦЕ КОНЦОВ БЫЛО РЕШЕНО ЛЕЧЕНИЕ САКСКИМИ ГРЯЗЯМИ…»

Именно в этот период его жизни – летом 1904г. происходит первая и единственная встреча Анненского с Крымом. Понятно, что на Сакский курорт людей приводит не просто праздное любопытство, а проблемы со здоровьем и желание укрепить его. Сын Иннокентия Фёдоровича Валентин в своих воспоминаниях пишет, что отца мучили сильные боли в левом плечевом суставе, и врачи, испробовав разные способы лечения, рекомендовали ему наш курорт, поскольку слава о нём уже распространилась по всей России. Из его переписки с друзьями становится ясно, что для прохождения лечения в Саках ему был предоставлен отпуск.

Известно, что в это время деревня Саки входила в Темешское управление Сакской волости. Из Царского Села Анненский с женой и слугой Арефой приехали в Петербург, а оттуда поездом доехали до Симферополя. Далее, согласно данным «Путеводителя по Крыму» профессора Н.Головкинского, необходимо было добираться до деревни Саки на конном транспорте по цене 10-15 рублей с человека, преодолев 44 версты. «Дорога грунтовая и в дождливое время очень тяжёлая… проходит через деревню Тулат, мимо экономии Шлее, через деревни Чеботарку и Ново-Дмитриевку. Западное продолжение Чеботарской балки занято Сакским соляным озером, на северном берегу которого расположена Сакская грязелечебница, а выше по отлогому склону — деревня Саки и почтовая станция», — пишет он.

Вот такой вид открывался гостю из Петербурга, прибывшему для лечения в Саки. К этому времени уже подрос и сформировался курортный парк, в котором по вечерам играл военный духовой оркестр. Согласно данным «Краткого исторического очерка развития курорта Саки», написанного доктором А.Казанским, в 1904г. старшим врачом на Сакский курорт земство пригласило видного российского хирурга, профессора Ивана Алексинского. В этом же году, в связи с большим наплывом больных, впервые были приглашены ещё 7 врачей. Старший врач осуществлял общее руководство и являлся лишь консультантом, а все врачи были самостоятельными работниками, которые обслуживали и лечили больных согласно своим специальностям. В штате состояли 3 терапевта, хирург, невропатолог, гинеколог и лаборант. В 1904г. на курорте было отпущено 26866 грязевых и рапных процедур, своё здоровье поправили 1182 человека. Среди них и Иннокентий Фёдорович Анненский с супругой.

«ЧТО ВИДЕЛ ЗДЕСЬ Я, КРОМЕ ЗЛА И МУКИ…»

В Саки Анненские, скорее всего, прибыли в конце июня или начале июля. Курс лечения обычно длился четыре недели и стоил от 150 до 300 рублей. Где точно проживали наши гости, достоверно неизвестно, так как в это время на курорте уже была гостиница на 132 номера с курзалом, библиотекой, столовой, буфетом, а также пансионат, земские бараки и возможность проживания в частном секторе в деревне. Скорее всего, чиновник такого высокого ранга был в состоянии забронировать и оплачивать себе номер в гостинице с питанием. Обед из двух блюд стоил 70 коп., из трёх — 90, из четырёх — 1 рубль 30 коп.

К сожалению, ко всем недугам Иннокентия Фёдоровича в Саках добавилась ещё одна, по его словам, «грязная и тяжёлая хвороба». Анненский заболел тяжёлой формой дизентерии. В письме к сыну Валентину от 20 июля он пишет: «Милый мой Валюша, тебе пишу первые мои строки после болезни. Слаб ещё, как курёнок, двигаюсь, как испорченный «мороженщик», однако, кажется, выздоравливаю. …Жить здесь мне очень хорошо, но мечтаю уехать поскорее, надоел вид из окна». Находясь в Саках, он узнал о смерти 2 июля в Германии А.Чехова. В письме к жене своего коллеги Е.Мухиной от 1 августа Анненский вспоминает: «Но вот мучительная ночь была, это — чеховская, когда я узнал о смерти этого писателя. Всю ночь меня преследовали картины окрестностей Таганрога (которых я никогда не видал)». В этот же день в письме сыну он жалуется на медленное выздоровление: «Ем я мало, аппетита нет. Скверно, что не выбраться из постылых Сак». Это своё не очень радостное настроение он и отобразил в стихотворениях «С кровати» и «На северном берегу», в котором мы видим наш сакский летний пейзаж:

И грустно мне, не потому,

 что беден

Наш пыльный сад, что

выжжены листы,

Что вечер здесь так

утомлённо бледен,

Так мёртвы безуханные

 цветы.

КРЫМСКИЙ МАРШРУТ ПОЭТА

После грязелечения в Саках и выздоровления от своих недугов они с женой отправляются в Евпаторию для принятия морских ванн, которые ещё со времён доктора Оже прописывались больным для долечивания. Вполне логично, как утверждает В.Мешков, здесь у него настроение меняется в лучшую сторону. И это мы видим из стихотворения «Солнечный сонет»:

В ароматном краю в этот

 день голубой

Песня близко: и дразнит,

и вьётся;

Но о том не спою, что мне

 шепчет прибой,

Что вокруг и цветёт,

и смеётся.

Где-то в середине августа семья Анненских отправляется морем на пароходе в Севастополь. О пребывании в этом городе воинской славы свидетельствуют стихотворения «Сирень на камне» и «Братские могилы»:

Воздух мягкий, но без силы,

Ели, мшистые каменья…

Это братские могилы,

И полней уж нет забвенья.

В последние дни августа Анненский приезжает в Ялту, но, к сожалению, с новой болезнью. Видимо, простудившись во время морского путешествия, он заболевает тяжёлой формой плеврита. В Ялте они поселяются в доме доктора и писателя, друга его старшего брата С.Елпатьевского на Дарсановской горе. Состояние Анненского было очень тяжёлым, временами просто критическим. Лечил его личный врач А.Чехова Исаак Альтшуллер. Сын Валентин, приехав к отцу в Ялту в середине сентября, был поражён его внешним видом: «Отца я буквально почти не узнал, до такой степени болезнь высосала его… Это был совсем какой-то другой человек». В своём письме к супругам Мухиным поэт пишет: «Вы теперь меня бы, пожалуй, не узнали: ещё в Саках я имел глупость поседеть, а здесь в Ялте, меня гладко выстригли, что не придаёт особой выразительности моим чертам». Но, несмотря на все недуги, творческая натура Анненского берёт верх над болезнью. В ответ на письмо к нему известного юриста, писателя и общественного деятеля А.Кони он пишет: «Хочу жить, чтоб получать такие милые письма от людей, близких мне по духу, и которыми я горжусь наравне со всей Россией». По воспоминаниям сына, в жёлтых руках появляется уже карандаш, и через некоторое время поэт слабым голосом читает свои стихи. В Ялте он написал ряд стихотворений, среди них такие, как «Ореанда», «Тоска мимолётности» и «Чёрное море», в котором поэт прощается с Крымом:

Простимся, море…

В путь пора.

И ты не то уж: всё короче

Твои жемчужные утра,

Длинней тоскующие ночи.

Факт своего пребывания в Симферополе поэт отмечает стихотворением-зарисовкой «Тоска белого камня»:

Камни млеют в истоме,

Люди залиты светом,

Есть ли города летом

Вид постыло-знакомей?

Стихи Анненского, написанные в Крыму или под впечатлением от встречи с нашим полуденным краем, имеют для нас особую ценность. Лирику этого периода можно лучше понять, если соотнести её с крымским маршрутом поэта. Считаю вполне закономерным, что литературоведы и краеведы выделяют «крымский цикл» в трогательной, окрашенной печальной исповедальностью поэзии Анненского. Несмотря на то, что в Крыму ему пришлось пережить немало физических страданий, сила поэтического дара и жажда творчества одержали победу над всеми недугами. Особо хочется подчеркнуть, что, несмотря на все свои проблемы со здоровьем и в дальнейшем, ни Анненский, ни его близкие, никогда больше не упоминали о боли в плече. Это позволяет сделать вывод: наши сакские грязи помогли поэту избавиться хотя бы от одной из его болезней.

«КИПАРИСОВЫЙ ЛАРЕЦ»

К сожалению, в Крым поэту больше приехать не удалось. Судьба отмерила ему всего пять лет жизни. Но именно за эти годы он написал немало завораживающих, поражающих глубиной своего лиризма стихотворений, планируя издать сборник под загадочным названием «Кипарисовый ларец». При кажущейся экзотичности названия объясняется оно очень просто: рукописи стихов директора гимназии хранились в шкатулке, сделанной из кипарисовых дощечек, которая находилась в его рабочем кабинете. Позвольте предположить, что появление этого кипарисового ларца и желание назвать свой сборник именно так, имеет непосредственное отношение к Крыму. Каждый день, проходя мимо палаток с сувенирной продукцией, невольно обращаешь внимание на поделки из крымского природного материала (ракушки, песок, можжевельник, кипарис). Поэтому считаю предположение о том, что шкатулка из кипариса была куплена в Крыму, имеет право на существование. Известно, что стройный красавец кипарис является своеобразной визитной карточкой Южного берега Крыма. Удивительно, что кипарис — гость в Крыму, причём гость желанный, с которым связано немало красивых и грустных легенд. Эти величественные деревья были завезены на полуостров сначала древнегреческими, а затем итальянскими и турецкими колонистами. Кипарис — одно из самых неприхотливых растений, легко размножается самосевом, но срок его жизни недолог, где-то сто лет. Поэтому Анненский мог видеть крымские кипарисы, посаженные уже по указанию Г.Потёмкина после 1783г. С античных времён кипарис называют деревом смерти, неслучайно исследователи творчества поэта считают это глубоко символичным для Анненского — поэта тоски, одиночества и любви, не нашедшей выхода. Сборник «Кипарисовый ларец» вышел после смерти поэта, составлял его уже сын В.Кривич. Из крымских стихов, к сожалению, вошли в него немногие. Но мы всё равно благодарны судьбе, позволившей Иннокентию Анненскому посетить наш скромный уголок Саки и другие города полуострова. Это, несмотря на болезнь, вдохновило его на создание замечательных стихов, внёсших неоценимый вклад в поэтическую летопись Крыма.

МАЛАЯ ПЛАНЕТА «ANNENSKIJ»

По горькой иронии судьбы, главной своей книги, где вместо псевдонима стояла фамилия «Анненский», поэт так и не увидел. 30 ноября 1909г. внезапная остановка сердца на ступеньках Царскосельского вокзала оборвала его короткую жизнь. И если при жизни он был мало кому известным поэтом, то, как точно подметил М.Волошин, «смерть поэта послужила поводом к началу осмысления его личности и творчества». Поэт Н.Гумилёв в стихотворении, посвящённом памяти своего учителя, назвал его «последним из царскосельских лебедей». Смерть как бы рассекретила его и принесла, хотя и запоздалое, но настоящее признание. Вершиной его поэтического творчества считается сонет «Среди миров»:

Среди миров в мерцании

 светил,

Одной Звезды я повторяю

 имя…

Не потому, чтоб я Её любил,

А потому, что я томлюсь

 с другими.

И если мне сомненье

тяжело,

Я у Неё одной ищу ответа,

Не потому, что от Неё

 светло,

А потому, что с Ней

не надо света.

Не напиши Анненский ничего, кроме этих восьми замечательных строк, его имя всё равно заняло бы своё достойное место на поэтическом небосклоне. Этот поэтический шедевр навеки обессмертил Александр Вертинский, который положил его на музыку и много лет прекрасно исполнял. И вполне оправдано, что 23 декабря 1979г. сотрудница Крымской обсерватории Л.Журавлёва открыла и зарегистрировала малую планету 3724 под именем «Аnnenskij», которая поныне смотрит из холодного космоса на наш городок Саки и удивляется тем разительным переменам, которые происходят в нём сейчас.

С. КОНДРАТЮК,

научный сотрудник Музея краеведения

и истории грязелечения.

(использованы материалы сайтов Интернета и издания произведений поэта)

Выражаю благодарность хранителям фондов музея А. Хорошутиной, Е. Любимовой и Н. Ходий за помощь в поисках материалов для написания данной статьи.

Поделиться

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

Notify of
wpDiscuz